Обыкновенный свет Анатолия Могильникова

«В литературной жизни Приамурья после октябрьского периода, как и в „большой“ советской литературе в целом, существовали художественные явления, воспринимавшиеся как маргинальные с точки зрения официальной критики и тем более разного рода идеологических и цензурных инстанций, не заслуживающие того, чтобы читатели имели к ним доступ, не достойные того, чтобы о них вообще упоминали и даже знали об их существовании... Самое характерное явление подобного рода в литературе Амурского края — личность и творчество Анатолия Могильникова».

О поэте Степане Смолякове, который спешил жить

Размышления о творчестве Степана Смолякова (1916–1968) высвечивают в памяти строчки другого русского поэта, литературного критика и переводчика — Георгия Адамовича (1894–1972):

Найти слова, которых в мире нет,
Быть безразличным к образу и краске,
Чтоб вспыхнул белый безначальный свет,
А не фонарик на грошовом масле.

Русский художник Варвара Бубнова

У каждого из нас есть своя тень
в тех местах, на тех улицах...
Джон Голсуорси

Поэт-фронтовик Александр Артемов (1912–1941) начал свой литературный разбег во Владивостоке в 1936 году. Когда 22 сентября 1939 года он покидал этот приморский город, его имя уже было известно во всем Дальневосточном крае.

Российская линия жизни купца Тифонтая

Я буду считать за большое счастье и честь
быть гражданином Русского государства.
Николай Тифонтай

Много лет я занималась поиском информации о хабаровском купце Н. И. Тифонтае, и небезуспешно. В книге «Общество старого Хабаровска» в главе «Иностранцы» рассказала о его деятельности, личной жизни и потомках, которых удалось разыскать в 1990-е годы в Москве. После выхода книги мне позвонили потомки Н. И. Тифонтая из Новосибирска, потом из Бийска Алтайского края. Оказалось, они представляют русскую ветвь по линии хабаровской жены купца — Евдокии Николаевны Боровской. Но о женах Тифонтая чуть позже, а сначала попытаюсь представить личность этого интересного человека с его убеждениями и принципами.

Всеволод Никанорович Иванов и Мария Ивановна Букреева

В Хабаровске, как и в любом городе, есть семейные пары, чья история жизни вызывает пристальное внимание. Хабаровчанам знакомы фамилии, всегда звучавшие рядом: Петр Проскурин и Лилиана Агишева, Валерий Шаврин и Елена Паевская, Владимир Клипель и Мария Бойко... Такой же заметной парой были Всеволод Никанорович Иванов и Мария Ивановна Букреева.

Письма Венедикта Марта из саратовской ссылки

В свое время А.И. Герцен высказал такое наблюдение о письмах: «Как сухие листы, перезимовавшие под снегом, письма напоминают другое лето, его зной, его теплые ночи, и то, что оно ушло на веки веков, по ним догадываешься о ветвистом дубе, с которого их сорвал ветер, но он не шумит над головой и не давит всей своей силой, как давит в книге». В писательском фонде Гродековского музея, насчитывающем десятки тысяч единиц хранения, едва ли не самую большую ценность, помимо творческих рукописей, имеют письма, запечатлевшие подчас свидетельства мучительных сомнений и переживаний авторов.

Иван Басаргин остается с нами.
Могучий, добрый человек, талантливый прозаик, летописец земли приморской.
Лев Князев, приморский писатель

Известный приморский писатель Иван Ульянович Басаргин родился 16 марта 1929 г. на хуторе Лужки Антоновского сельсовета Яковлевского района (ныне п. Нижние Лужки Чугуевского района Приморского края). Он был шестым ребенком в семье Ульяна Степановича Басаргина (1900 г. р.), переселившегося вместе с единоверцами-старообрядцами из деревни Каменки (ныне Чугуевского района) в глухие и непроходимые места под перевалом через Сихотэ-Алинь.

Еще в детстве Всеволод Никанорович Иванов, крупный писатель, мыслитель, ощутил «смутную, темную, но грандиозную, как океан, ...пленительную силу женщины», которая его поддерживала в течение всей жизни. Он считал, что «женщина — зеркало, в которое мы (мужчины — Н. П.) смотримся, чтоб знать свой лик». Рядом с писателем всегда были женщины, он любил и был любимым. Спустя десятилетия, когда, по его словам, «настала холодная ясность осени», он сожалел о «бедных женщинах, которых разбросал на своем пути», понимая, что «когда-нибудь очень ответит за них».

Замечено: какой бы суровой ни оказалась зима, птицы не станут клевать ягод шиповника. Возможно, его колючие косточки опасны для них.